Королева Алисанда вздохнула.

— Я готова согласиться с тем, — сказала она, — что было бы совсем неплохо снова завести кошку, но такую, как Балкис, нам уже не найти.

Сказать так — значило сказать не все. В конце концов, Балкис была не просто кошкой, а девочкой-подростком, обладавшей удивительным даром при желании перевоплощаться в кошку. В этом обличье она в свое время и проникла в замок, где доказала, что умеет ловить мышей и играть с детьми. На самом же деле она явилась сюда, чтобы тайком поучиться у Мэта волшебству. Она и сама на ту пору владела им изрядно, но жаждала новых познаний.

— Хочу, чтобы Балкис вернулась! — От огорчения у Алисы задрожали губки.

Алисанда вздохнула и взяла дочку на руки.

— Ты же знаешь: она не могла остаться у нас, детка. Она была не просто кошечка, а принцесса, и должна была возвратиться к своим подданным.

На самом деле Балкис помогла Мэту освободить свой порабощенный народ, но она и не подозревала о том, что это ее народ, — до тех пор, пока Мэт не встретился с пресвитером Иоанном и пока они не отбили у варваров захваченную теми Мараканду. Потом выяснилось, что пресвитер Иоанн — дядя Балкис и что домой девушку привела Фортуна. На обратном пути в Меровенс Мэт заглянул в пещеру Фортуны, чтобы поблагодарить ее. Балкис в сложившихся обстоятельствах предпочла остаться в Мараканде и принять титул покойной матери. Она стала называться принцессой Восточных Ворот.

— Она была нужна своему народу, — добавил Мэт.

— И мне она тоже была нужна! — надув губки, проговорила Алиса.

— Ну конечно, другой котенок таким, как Балкис, не будет, — рассудительно заметил Каприн. — Но и с другим мы могли бы играть.

В этом, конечно, и была главная загвоздка: королевским детям отчаянно недоставало товарищей по играм. Алисанда покачала головой, вспомнив, как сама была одинока в детстве, и вздохнув, опустила плечи. То был явный знак капитуляции, и Мэт с трудом удержался от улыбки.